Черная ведьма желает познакомиться  - Марина Ефиминюк

Услыхав шорох за спиной, вор замер и быстро оглянулся через плечо.

– Ты задержалась, сестренка. – Его голос звучал иначе. Исчезли неуверенные ноты.

– Что ты делаешь?

Он резко развернулся.

– Ищу драгоценности.

– Ты за этим приехал в Кросфильд? Чтобы ограбить хозяев? – Я изогнула брови.

На лице Барнса появилась странная улыбка. Он начал приближаться, медленно и с ленцой, вероятно, рассчитывая, что напугает сестру.

– А ты полагала, что я бабочек сюда приехал ловить? Зачем? Если главная бабочка сама себя поймала.

Вор протянул руку, пытаясь схватить меня за подбородок, и, недолго думая, я просто с размаху шлепнула его по пальцам. От удивления он по-глупому моргнул.

– Нет, мы точно не уживемся в одном доме, – покачала головой я.

– Я говорил, Дотти, что ты не сбежишь от меня. Говорил? – Он подошел так близко, что я ощутила запах хвойного благовония, исходящего от пиджака (к слову, принадлежавшего Картеру). – Думала, что сможешь спрятаться в поместье? Не рассчитывала, что мне пришлют карточку? «Госпожа Дороти Слотер и господин Картер Брент приглашают вас на обряд венчания»…

Почему я не разглядела гнилого нутра неожиданного визитера? С другой стороны, за три дня мы ни разу не оставались наедине, а он или напивался виски, или изображал страстного энтомолога. Даже самая проницательная черная ведьма в страстном энтомологе с розовым сачком не способна на глазок определить садиста и вора!

– Сегодня в доме праздник, поэтому я добрая и сделаю вид, что тебя, недоделанный любитель комариков, никогда здесь не было, – процедила я. – Собери шмотье и выметайся из поместья. Быстро! Запас доброты у меня всегда заканчивается внезапно.

Я развернулась на каблуках, чтобы с достоинством удалиться, но Барнс совершил фатальную ошибку. Схватил меня за локоть и попытался остановить. Любая черная ведьма подтвердит, что я проявила достаточно терпения к вору. Даже ради Дороти предупредила об опасности! Паршивец ойкнуть не успел, как с каминного крюка сорвалась чугунная кочерга и прилетела ему по макушке, а потом со звоном шваркнулась на паркет.

Последовала изумленная пауза. Из уголка рта Барнса потекла кровь.

– Ты не Дороти, – промычал он и с грохотом растянулся рядом с кочергой.

– Я предлагала разойтись по-хорошему, – ответила я, ткнув его под ребра острым носом туфли. – Прямым текстом!

Лицо Барнса на глазах приобретало нехороший синюшный оттенок, а сам он походил на мешок картошки. В смысле, выглядел таким же неживым. У меня заныло в груди.

– Барнс? – присела я и похлопала парня по едва тепленьким щекам. – Ты же только что говорил…

Осторожно приподняла голову, чтобы проверить рану, но у вора, верно, был каменный череп, раз остался целым после мощного удара. В магистериуме на уроках анатомии нам говорили, что у людей на шее можно было отыскать пульсирующую кровяную жилку. У ведьм таких изъянов не имелось (наверное, поэтому, стоило ведьме бухнуться в летаргический сон, как ее пытались живьем зарыть), и я никогда не проверяла подлинность утверждения, но на всякий случай потрогала худую шею Барнса, нащупала увеличенные узлы, но ничего похожего на пульс.

– Эй, ты же не собираешься коченеть посреди спальни Флинта?

Если он помер, то где-то в углу должен был стоять изумленный неожиданной кончиной дух, однако привидений тоже не наблюдалось. Ни пульса, ни духа. Этот парень вообще человек?

Вдруг я с тоской представила, как взбесится Уильям, когда узнает, что будущий шурин Картера не без моей помощи превратился в остывающего мертвеца. Тут уж ни прабабкины панталоны, ни бабкины привороты не помогут соблазнению.

– Помоги мне, темная Богиня!

В напряженной тишине раздалось пронзительное кошачье мяуканье, и я подпрыгнула, словно подо мной распрямилась сжатая пружина. В комнату через приоткрытую дверь, мягко переступая голенастыми лапами, себя с достоинством королевы внесла лысая кошка.

Если темная Богиня помогала мне тем, что прислала в покои Дороти, то она явно издевалась над бедной черной ведьмой и недвусмысленно предлагала выкручиваться из паршивой истории самостоятельно. А она пока у себя в преисподней зажарит воздушную кукурузу, устроится на каменном троне и с любопытством понаблюдает за моими жалкими попытками тихо избавиться от трупа.

– Проклятье, что это?! – раздался из дверей изумленный голос Картера. Конечно же, жених оказался тут как тут. С недавних пор он рьяно охранял честь невесты от рыжих скотин и надолго не выпускал ее из виду.

Похоже, что избавиться от тела тихо не выйдет. Ну или придется избавляться от двух трупов, но к бывшей жабе я успела привыкнуть за последние дни и даже прониклась некоторыми дружескими чувствами, поэтому просто цыкнула:

– Не ори и дверь закрой!

– Что ты делаешь? – продолжал допытываться он. – Вместе с… Барнсом?! Он что, без сознания?

– Он умер.

– Совсем?!

– Мертвее некуда, – подтвердила я.

– Постой, ты что, укокошила брата Дороти на глазах у самой Дороти?! – взъерепенился Картер, никогда не умевший зрить в корень проблемы. – Проклятье, как?

– Он ударился головой о каминную кочергу. Но! – выставила я указательный палец, не давая открывшему рот жениху разразиться очередной тирадой. – В свое оправдание скажу, что Барнс хотел ограбить дядюшку и попытался ударить меня. Это была чистой воды самозащита.

– Самозащита черной ведьмы от человека? Это ему надо было от тебя самозащищаться! Ты же способна здорового мужика с ног сбить одним движением руки!

– Движением руки я могу только заставить кочергу сорваться с крюка и описать правильную дугу по пути к полу. Поэтому технически он умер не от моих рук, а от рук кочерги… – Под убийственным (ох, странное слово, учитывая, обстоятельства) взором парня я прикусила язык.

Картер упер руки в бока и опустил голову, видимо, пытаясь под ногами на паркете отыскать решение нашей деликатной мертвой проблемы.

– Так! Что мы имеем? Целый дом нахальных провинциалов и труп моего шурина в покоях у дядьки?

– Как-то так.

– И его убила ты!

– Ладно, согласна, – примирительно развела я руками. – Кочергой по голове – было слишком, но я защищалась.

– Да какая разница! Все будут думать, что моя чудесная Дотти прикончила собственного брата. Что с ним теперь делать?

– Давай его просто прикопаем, – указала я пальцем на тело. – Хорошо умеешь лопатой работать?

– Всего-то? – неожиданно успокоился Картер. – Тебя вообще не беспокоит, что ты прикончила человека?

– Черные ведьмы относятся к смерти несколько иначе. Мы знаем, что смерть – это не всегда конец и даже не середина, а иногда только начало. Встретишь такого, как мой папочка, и поймешь: чтобы уйти с миром, надо еще постараться. Он своих жертв сначала прикапывал, а потом еще по пять раз пробуждал. – Я пожала плечами и быстро протараторила: – И еще я внучатая племянница серийного маньяка.